Повадки щуки

19 октября 2006

Когда у щуки спросили: «Почему ты так жадно кидаешься на блесну? Ведь это всего лишь железка!», она ответила: «Знаю я это прекрасно, но что поделаешь, если характер у меня такой невыдержанный?» Эту рыбацкую байку я всегда вспоминаю, когда блесна вдруг резко останавливается или уходит в сторону, подчиняясь рывкам неистово сопротивляющейся хищницы. Поклевки щуки зимой отличаются таким разнообразием, что даже опытный рыболов может спутать ее с другой рыбой. От щуки можно ждать любых неожиданностей. Это и делает охоту на «барракуду» наших пресных вод такой захватывающей. С барракудой я сравниваю ее потому, что очень уж схожи они по повадке, наглости и бесстрашию. В этом я имел возможность убедиться несколько лет назад, когда плавал в Карибском море. Щука не всегда стоит в засаде. Ей достаточно на несколько мгновений замереть, чтобы рыбья мелочь, перестав обращать на нее внимание, начала разгуливать почти под самым ее носом. Хищница вся напряжена перед броском, выбирая очередную жертву. Если окуня, например, характеризует относительное постоянство и в манере поклевки и в выборе мест обитания, то щука опровергает любые правила. В совершенно сходных, на первый взгляд, условиях она ведет себя по-разному. Так, в одном водоеме она вдруг совершенно перестает кормиться, а в соседнем в это же время, при той же погоде начинается самый настоящий щучий жор. Или: на одних водоемах приходится ждать, когда вода после паводка осветлится, иначе щука не берет блесну, а на других в аналогичной ситуации она мгновенно находит и хватает движущуюся в десяти метрах от нее приманку. Как-то на одном озере я вылавливал на одну блесну одну щуку за другой, тогда как другую они игнорировали полностью. На следующий год точно в такую же погоду и в то же время щука в этом озере хорошо ловилась на вторую блесну, а первую не замечала. Иногда щуку обнаруживаешь в таких местах, где ее появление, казалось бы, противоречит образу жизни хищницы. Например, она водится в некоторых сибирских реках с бурным течением и порогами, преодолеть которые под силу лишь тайменю! Порой щука берет на такие приманки, что диву даешься: то она вдруг польстится на червя, то схватит кусок жмыха, предназначенный для сазана! Многие ли рыбы охотятся на птиц? А иная крупная щука нападает даже на взрослых уток! Однажды я удил плотву на мотыля и наблюдал, как хищница теребила его до тех пор, пока я не подсек и не вывел ее на берег, подхватив багориком. В озерах Подмосковья щуку порой ловят на лягушку, тогда как в бассейне Дона лягушки в ее желудке — редчайший случай, хотя они водятся здесь в изобилии. Несколько раз в моей практике щука зимой попадалась на крупную мормышку с червем или мальком, а порой хватала и мелкую мормышку. На озере, в местах резких перепадов глубин, или на реке, у обрывистых Яров, мормышка вдруг за что-то цепляется, а когда ее пытаешься поднять из воды, она рывком уходит ко дну. Чаще всего дело кончается обрывом тонкой лески. Все это проделки щуки. Я думаю, что в подобной ситуации может помочь поводок из тонкой и прочной капроновой нити. Она неуязвима для острых щучьих зубов, а благодаря своей эластичности не влияет на игру мормышки. Иногда полезно поставить поводок из более толстой лески длиной 5—6 сантиметров. Умелый рыболов может вывести щуку весом 1—2 килограмма на леске диаметром 0,15 миллиметра, если не даст рыбе развернуться таким образом, что леска попадет на острую кромку зубов, расположенных по углам щучьей пасти. Подчас реакция щуки поражает даже видавшего виды спиннингиста: блесна, едва коснувшись воды, исчезает в зубастой пасти хищницы. Порой она проявляет удивительную сообразительность, порой — полное безрассудство. Как-то я ловил красноперку в водосбросном канале и привязал кукан с десятком рыбешек за нависший над водою куст. Наблюдая за поплавком, я обратил внимание на то, что куст стал раскачиваться. Вряд ли десяток мелких рыбешек могли это сделать. Я подкрался поближе и увидел занимательную картину: на кукане ходила килограммовая щучка, невесть откуда попавшая на него. Присмотревшись, я понял, в чем дело: жадная хищница настолько глубоко заглотала двух красноперок вместе с веревкой, что даже не сорвалась, когда я вытаскивал ее вместе с куканом на берег. В сахалинских реках обитает подвид амурской щуки, отличающейся характерной пятнистой окраской. Летом она нередко хватает крупную блесну в заваленных буреломом ямах с несильным течением. Обойдя несколько таких ям, иногда уходишь с богатым уло- вом, тогда как зимой в тех же самых местах мы с товарищем не поймали ни одной щуки, как ни старались. Спиннингисты не раз убеждались в том, насколько привередлива щука: то она сопровождает блесну почти до самого берега или лодки, но не берет ее, то вдруг следует молниеносная хватка, стоит только слегка изменить игру блесны. Лежа на льду над лункой, я наблюдаю, как играет блесна у самого дна. Вода по-зимнему прозрачна, на дне видны редкие кустики водорослей. Идеальное место для щучьей засады. Вижу, как мимо проплывает стайка плотвы. А вот и щука: схватила блесну и, хлопая жаберными крышками, стоит на месте. Подсекаю, но неудачно: блесна выскакивает из ее пасти. Щука немного отходит в сторону. Вновь резко качнул блесну. Бросок — и все повторяется. Хищница несколько раз кидается на мигающую серебристым блеском железку, но промахивается. Но вот следует новая хватка, и на сей раз крючок впился в пасть. Несколько минут борьбы — и зеленоватая красавица рыба на льду! Я смотрю на щуку, и она кажется мне живой торпедой: стреловидное темно-зеленое тело с вынесенными к хвосту плавниками-стабилизаторами подчеркивает гидродинамическое совершенство этой грозы многих подводных обитателей. Несмотря на то, что мне приходилось ловить самую разную рыбу не только в реках и озерах, но и в двух океанах, пальму первенства я отдаю щуке, которая доставляет мне и моим друзьям-рыболовам столько радостей на рыбалке.


Анатолий Гузенко